Чжу Фэйсин был шарлатаном, причём шарлатаном с громким именем. Нынешняя держава звалась Великой Янь, и со времён императора-основателя Тай-цзу пост Великого астролога из поколения в поколение занимали представители клана Чжу. Однако на нынешнем колене традиция внезапно дала сбой: должность бесцеремонно перехватил господин Гу Мэнлань. Неужто он оказался искуснее? Вовсе нет. Просто Чжу Фэйсин — единственный наследник и нынешний глава рода — с загадочным видом пошевелил пальцами прямо перед августейшим ликом и выдал предсказание: первые двадцать лет Великим астрологом суждено быть не ему, и лишь следующие тридцать придёт его черёд.
Услышав такое, государь не помнил себя от радости. Он взошёл на престол в двадцать один год, и по расчётам Чжу Фэйсина выходило, что править ему суждено целых полвека — а значит, дожить как минимум до семидесяти одного года! В те времена столь почтенный возраст был редкостной удачей, уделом истинных долгожителей. Вдобавок Чжу Фэйсин без обиняков заявил, что, судя по гексаграммам, истинный Великий астролог уже находится в Чанъане. Так Гу Мэнлань, чей авторитет мастера фэншуй в столице как раз набирал силу, в одночасье взлетел на вершину и стал Великим астрологом.
Нынешний владыка Поднебесной, прямо скажем, был никудышным правителем — бестолковым и безвольным до скрежета зубовного. Почти два десятка лет он держался на троне лишь благодаря богатому наследию, скопленному тяжким трудом деда, императора Тай-цзуна, и отца, императора Ши-цзуна. Но любым запасам рано или поздно приходит конец. К тому же за долгие годы царствования старики-сановники, способные хоть как-то осадить монарха, почти все сошли в могилу. Новые же либо малодушно терпели, выжидая следующего государя, либо откровенно потакали порокам и прихотям правителя ради собственной выгоды. Страна постепенно катилась в упадок.
Беда заключалась в том, что сам Гу Мэнлань вовсе не рвался на эту службу! Чжу Фэйсин попросту заманил его в ловушку. В девятнадцать лет Гу Мэнлань прогремел на весь Чанъань и сошёлся с Чжу Фэйсином. И вот этот пройдоха, пошевелив пальцами, с умным видом изрёк:
— Старина Гу, расклад показывает, что твоя кармическая связь с будущим учеником слишком слаба. Чуть оступишься — и наследие оборвётся! Тебе необходимо совершить немало добрых дел, иначе вам и вовсе не суждено встретиться!
Юный и пылкий Гу Мэнлань лишь опешил:
— Что за чушь ты несёшь? Какой ещё ученик?
Чжу Фэйсин снова зашевелил пальцами и невозмутимо продолжил:
— Старина Гу, звёзды говорят, что и с суженым твоим связь тонка, как паутинка! Зеванёшь — и век куковать тебе в одиночестве! Только благие деяния помогут свести ваши судьбы!
Гу Мэнлань онемел от изумления.
— Впрочем, я могу переломить твою судьбу, — без тени смущения рассуждал Чжу Фэйсин. — Раз уж ты так искренне умоляешь, я как друг не могу отказать. Мне уже открылся способ разрушить проклятие твоего вечного одиночества.
— Постой, с чего ты взял, что я умо...
— Старина Гу, знамения гласят: на роду тебе написано стать Великим астрологом!
— Чжу Фэйсин, да уймись ты наконец! — вспылил Гу Мэнлань. — Столько драмы! Твоему таланту место на театральных подмостках, а не здесь!
— Откажешься от поста Великого астролога — останешься один до конца дней, — с ледяным спокойствием протянул юный Чжу Фэйсин. — Нам, идущим по Пути, одиночество не в новинку, однако... твоему суженому суждена смертельная беда. Если ваша связь окажется слишком слабой, он погибнет во цвете лет. Да и ученик промается всю жизнь в нищете и беспросветной тоске, умерев от горя. Ты всё ещё уверен, что не хочешь попросить меня о помощи?
Гу Мэнлань лишь молча стиснул зубы.
Так он и угодил в эту ловушку.
Шёл восемнадцатый год их двадцатилетнего уговора. Глядя на Юй Нина, который с подкупающей искренностью вился вокруг Мэй Жо, то и дело почтительно и ласково обращаясь к нему: «Учитель», — господин Гу невольно задумался: неужели предсказание и впрямь сошлось на этом мальчишке?
* * *
На следующее утро Юй Нина, как обычно, подняли ни свет ни заря зубрить каноны и выполнять уроки. Едва покончив с завтраком, юноша собирался откланяться перед обоими наставниками и сбежать в свой дворик заучивать тексты — а заодно избавить себя от зрелища их нежных переглядываний, — но в главный зал вошёл управляющий.
Низко поклонившись, он доложил:
— Господин, прибыл императорский посланец.
Господин Гу даже не шелохнулся, не выпуская из пальцев пиалу с чаем:
— Впусти.
Юй Нин поднялся со своего места, намереваясь уйти. В личные дела господина Гу лучше было не совать нос — это негласное правило он усвоил твёрдо. Однако хозяин дома лишь небрежно махнул рукой и с лёгкой усмешкой произнёс:
— Если любопытно, останься, послушай. Мешать не станешь.
— Слушаюсь, — послушно отозвался Юй Нин и снова сел.
Он обхватил ладонями фарфоровую чашку: в такую промозглую пору тепло гладких белых стенок дарило ни с чем не сравнимое наслаждение.
Вскоре в зал просеменил пожилой сановник в тёмно-зелёном халате с драконьей вышивкой и в высоком головном уборе. Лицо гостя покрывал толстый слой белил, брови и веки были густо подведены сурьмой, а губы накрашены ярко-алой помадой в форме вишнёвого бутона — словом, выглядел он точь-в-точь как дворцовый евнух.
Не успел Юй Нин удивиться, как гость заговорил тонким, пронзительным фальцетом. Расплывшись в подобострастной улыбке, он пропел:
— Великий астролог, сколько месяцев мы не виделись, а вы всё столь же величественны и статны!
Господин Гу неторопливо сделал глоток и одарил вошедшего холодным, отрешённым взглядом. Старого евнуха столь пренебрежительный приём ни капли не смутил. Не переставая заискивающе улыбаться, он извлёк из широкого рукава свиток из жёлтого шелка:
— Господин Великий астролог, извольте взглянуть...
— Оставь, — равнодушно обронил господин Гу.
Служанка в зелёном платье тотчас шагнула вперёд. Евнух подобострастно закивал и передал императорский указ девушке, а та поднесла его хозяину дома.
— Великий астролог, Его Величество истосковался по вам! Государь велел нижайшему рабу передать поклон и справиться о вашем здравии. А ещё... осведомиться, когда вы соизволите вернуться в Чанъань, — старик с замиранием сердца вглядывался в лицо собеседника, пытаясь угадать его настроение.
С таким трепетом и угодничеством ухаживают разве что за богатым, стоящим на краю могилы родителем.
— К чему спешка? Всему свой черёд, — холодно отозвался господин Гу.
Он держался отстранённо и сухо, даже не пытаясь изобразить почтение к монарху. Евнух прекрасно это видел, но перечить не смел — и уж точно не помышлял взвизгнуть, словно в исторических драмах: «Как смеешь ты пренебрегать волей государя! Взять его под стражу!» Шутка ли — перед ним стоял всесильный теневой владыка, наделённый безграничной властью!
Сидящий в сторонке Юй Нин едва не выронил чашку из рук. Что этот старик только что ляпнул? Великий астролог?! Избранник его наставника — тот самый Великий астролог державы?! Да ещё и в амплуа влиятельнейшего злодея всея империи?!
«И что теперь делать? — в панике подумал он. — Такое чувство, будто спутник жизни моего учителя — главарь самого опасного культа в стране...»
Евнух порывался сказать что-то ещё, но господин Гу лишь выразительно вскинул взгляд, и гость благоразумно поспешил откланяться.
Стоило ему скрыться за дверями, как господин Гу с брезгливой миной швырнул свиток на стол. Мастер Мэй потянулся за указом, развернул его и бегло просмотрел:
— Как ты и предполагал. Всё те же досадные дрязги.
— Глаза б мои на это не смотрели, — потянувшись, бросил господин Гу. А затем неожиданно предложил: — А-Жо, давай снимемся с места через пару дней... В эту пору в уезде Чжоутянь воды прозрачны и лазурны. Поедем не спеша, полюбуемся видами, погреемся в горячих источниках, а? — С этими словами он с нарочитым стоном потёр поясницу и пожаловался: — Старею, годы берут своё... Чуть что — спину ломит, кости ноют. Не то что в юности.
— Отдохнуть и подлечиться там будет не лишним, — немного подумав, согласился мастер Мэй. Затем он повернулся к ученику: — А-Нин поедет с нами.
Уезд Чжоутянь граничил с уездом Пинбо, и дорога туда — если не делать долгих остановок на почтовых станциях — занимала всего три-четыре дня. Слава о здешних живописных пейзажах и целебных ключах гремела повсюду, и Юй Нин не раз слышал о них. Юноша озадаченно моргнул. Время в двух мирах текло по-разному, так что если он задержится здесь на полмесяца и как следует отдохнёт перед возвращением в современность... ничего ведь страшного не случится?