Мастер Усун казался вполне бодрым, но дорога его изрядно вымотала. Едва добравшись до Резиденции Великого астролога и выпив целебный отвар, он снова погрузился в полузабытье. Юй Нин какое-то время посидел у его постели. Очнувшись, старик прогнал его — мол, нечего тут заразу цеплять. Юй Нин попытался воспротивиться, но, получив нагоняй, несолоно хлебавши поплёлся в свой двор.
Делать всё равно было нечего, и он решил вернуться в современность. И как раз вовремя: наконец прибыла та гигантская каменная глыба, вгнавшая его в долги. Едва Юй Нин очутился в нашем мире, как раздался звонок из службы доставки. Посылку оформляли прямо на домашний адрес, так что он вихрем помчался домой.
Однако монолит вызвал у него нешуточную головную боль. Каменная махина метр на метр — обычный станок для распила её просто не возьмёт! Покупать целую промышленную установку ради одного-единственного валуна — глупая расточительность. Юй Нин поразмыслил: тот кусок изумрудного нефрита «Императорский зелёный», что планировалось продать изначально, ушёл Лань Сяо. Значит, этот валун после распила придётся пустить с молотка.
Лаобань Ван выгреб для него все доступные наличные. Хотя Юй Нин уже вернул ему двадцать миллионов — пятнадцать за меч из окаменелого дерева плюс пять из собственных сбережений, — висел ещё гигантский долг в тридцать миллионов.
От одной мысли об этой сумме у Юй Нина скребли кошки на душе.
Поколебавшись, он набрал номер:
— Дядюшка-наставник Ван, здравствуйте. Это Сяо Ю. Тут такое дело... нужна ваша помощь.
Тот даже расспрашивать не стал, с ходу откликнувшись:
— Говори, сделаем!
Юй Нин вкратце обрисовал проблему с неподъёмным камнем. Лаобань Ван на пару мгновений задумался, попросил обождать минут десять и повесил трубку. Ровно через десять минут последовал ответный звонок: Ван связался со старыми мастера́ми из гильдии камнерезов. Мощный станок найдётся, так что дело за малым — когда Юй Нин сможет привезти глыбу?
Юй Нин бросил взгляд на часы:
— Давайте прямо сегодня.
— Договорились, — басом ответил Ван. — А на чём тащить собираешься? Твой «Мерседес» под такой махиной просто просядет. Нужны грузчики... А, ладно, не суетись, скинь адрес. Я сам отправлю к тебе пару ребят на грузовичке.
— Отлично, превосходно! Спасибо вам огромное, дядюшка-наставник Ван.
— Полно тебе, свои же люди, к чему эти церемонии? — фыркнул старик. — Давай к двум часам дня. Приедем и заберём.
Юй Нин с радостью согласился. Положив трубку, он мурлыкал под нос мотивчик, убираясь в доме. Кстати, на этот раз из того мира он захватил с собой особенную вещь — меч из окаменелого дерева, выточенный из главного ствола Священного древа защиты государства.
Оружие покоилось в неприметном длинном деревянном футляре. Его по просьбе Великого астролога Гу сработал один выдающийся мастер. В отличие от прошлых «коряг», отливавших холодным блеском железа, этот клинок сохранил живую текстуру дерева. Тёмный, почти угольный сорт древесины сразу бросался в глаза.
Форма пришлась парню по душе. Творец отказался от привычных канонов: лезвие напоминало изящную ветвь сливы со сдержанной резьбой в виде бутонов. Не присмотрись Юй Нин к отделке эфеса да этим бутонам, решил бы, что в футляр случайно сунули какую-то корягу.
Уложив клинок в рюкзак, чтобы при случае передать Лань Сяо, он отыскал шкатулку, приобретённую в Городе H у Старца Гу. Из-за суматохи Юй Нин совсем закрутился и позабыл о ней. Шкатулка вместе с купленными печатями и мухогонкой пылилась в кабинете. Вооружившись молоточком, он аккуратно сбил замочек и откинул крышку, глядя на лежащий внутри артефакт.
Внутри покоилась подвеска из семи беломраморных нефритов размером с детский кулачок, сработанных в форме колокольчиков. Юй Нин потянул за шнур — артефакт молчал. Из любопытства он осмотрел один из колокольчиков и ахнул: внутри не было язычков!
Чутьё его не подвело: поле объекта поражало своей мощью. Нежно-бирюзовое ауральное свечение даже без активирующего фэншуй-размещения готово было накрыть весь усадебный двор. В нём явно читались свойства защиты — недурно для простого предмета. Наверняка именно поэтому старый деревянный футляр пропитался этой энергией.
Поразмыслив, он подвесил нефриты у южного окна кабинета. Едва он отпустил шнур, как действующее в усадьбе фэншуй-размещение среагировало: у окна потянул лёгкий ветерок. Белоснежные колокольчики затрепетали, соприкасаясь друг с другом. Раздался чистый, чистейший перезвон, схожий с ударами драгоценных металлов.
Вскоре над усадьбой пролился невесомый слепой дождик. Мимолётная морось освежила воздух. Едва заметные капли опустились на крыши и листву, и весь двор, омытый небесной влагой, заиграл мягкими бликами под лучами солнца.
Осмотрев ауру усадьбы, Юй Нин убедился: вокруг строений лёг бледный бирюзовый купол. Артефакт заработал. Он удовлетворенно кивнул. Звон стих; подвеска замерла, точно обычная безделушка, лишь едва покачиваясь при редких порывах ветра.
С улыбкой Юй Нин направился на задний двор. Наполнил свежей водой кадки, собрал спелые овощи и фрукты. С тех пор как с территории исчез «здешний владыка» — кот Дахэй, сюда стали заглядывать птицы и мелкое зверьё: попить, отдохнуть, полакомиться падалицей. Смышлёные зверушки ветки с плодами не трогали, подбирая исключительно то, что упало на землю.
Творить гостеприимство для таких воспитанных визитёров было в радость.
Закончив с хлопотами, Юй Нин весь взмок. Быстро сполоснувшись в душе, он едва успел одеться, как ожил мобильник.
— Сяо Ю, мы въезжаем в твой переулок! Куда поворачивать? — прогудел Ван.
Юй Нин направил их к задним воротам — туда же разгружали и саму глыбу. Едва он отпер створку, как на улочке показался небольшой грузовичок. Из пассажирского окна высунулся дядюшка Ван и замахал рукой:
— Сюда, сюда давай!
Машина аккуратно припарковалась у каменной ограды. Лаобань Ван соскочил на землю и с неожиданной для его возраста резвостью подскочил к Юй Нину. Он от души хлопнул парня по плечу:
— Ну, Сяо Ю, отколол ты номер в Городе H! Вся округа о тебе гудит!
От такого приветствия Юй Нин пошатнулся — повреждённые рёбра отозвались глухой болью. Поморщившись, он произнёс:
— На улице жара, дядюшка Ван. Пойдёмте в дом.
— А, давай! — Ван обернулся к рабочим: — Ребята, посидите пока в кабине, передохните. Скоро разгружать!
Юй Нин вынес парням холодного чая. Приглашать всех внутрь он не стал, а дядюшка-наставник Ван, переступив порог сада, мгновенно ощутил особую атмосферу усадьбы и восхищённо поднял большой палец:
— Сильно! Очень сильно!
— Заслуга не моя, — улыбнулся Юй Нин, усаживая гостя в тени виноградной лозы. — Это наследство двоюродного деда.
— Того самого Старшего господина Ю? — Ван с удовольствием развалился в плетёном кресле. Отхлебнув прохладного напитка, он оглядел сад, эстетски загнул пальцы и пропел мотивчик из оперы: — «И на престол бессмертных... сей край не променяю!»
Юй Нин опустился на круглый табурет и подлил ему чая. Ван закончил руладу и полюбопытствовал:
— Кстати, давно хотел спросить: Сяо Ю, с каких пор ты увлёкся неочищенным нефритом?
— А что-то не так? — насторожился Юй Нин, заметив перемену в его лице. — Да я просто в Городе H купил по случаю... Вовсе не собирался всерьёз этим заниматься. Вот, поглядите, — он указал на монументальный валун у стены. — Поддался порыву, а теперь ломаю голову, что с ним делать.
— Да нет, я о другом, — Ван смерил камень взглядом, затем перевёл взор на Юй Нина. — Сяо Ю, ты сам-то ничего странного за собой в последнее время не замечал? Мы ведь люди одной сферы. Если у мастерового твоего уровня падает удача, разве ты сам этого не почувствуешь? Помяни моё слово: в этой глыбе скрыто сокровище, — неспешно проговорил Ван, сделав глоток.
— Откуда вы знаете? — хмыкнул Юй Нин. — Я заприметил мощное ауральное поле... До этого две подобные породы дали отличный нефрит.
— Тебе так срочно нужны деньги? — спросил старик.
— Ну... можно и так сказать.
Ван отставил чашку и покачал головой:
— Эх, Сяо Ю! Нужны деньги — приди и скажи. Мы, старики, хоть и не олигархи, но подсобить молодому таланту всегда сможем. Ты парень способный, пару заказов выполнишь — и всё перекроешь. А в эти каменные рулетки лучше лишний раз не лазать.
Юй Нин нахмурился:
— Вы хотите сказать... Неочищенный камень сбивает мою удачу?
— Вроде того, — кивнул Ван. — Твоя история в Городе H у всех на слуху. Кому надо и кому не надо — все знают. Клиенты косяком повалят, не сомневайся.
— А? — опешил Юй Нин. — Из-за того, что меня обозвали шарлатаном? Неужели от этого бывает такая слава?
— Чего? Тебя ещё и обозвали? Прямо в глаза? — искренне удивился Ван.
На самом деле он-то имел в виду чудесное спасение Юй Нина при падении фуникулёра. Прежде в профессиональных кругах о Юй Нине знали немногие: во-первых, он отрыл уникальную шпильку «Пурпурный дракон, ступающий по облакам», а во-вторых, обустроил фэншуй-размещение «Золотая жаба, изрыгающая деньги» для «Терема Собрания Сокровищ». Теперь же вся братия признала в нём мастера высшей пробы. Мало кто из знатоков фэншуй мог похвастаться тем, что сиганул с верхотуры и отделался парой синяков! Ван-то вёл речь об аварии, а вот про скандал слышал впервые:
— Это ещё что за история?
Юй Нин почесал кончик носа и смущённо сознался:
— Да пришёл один заказчик, слёзно просил о помощи. А мне как раз деньги требовались. Ну, поехал с ним в Город H... А его сынок ткнул в меня пальцем, обозвал аферистом и выставил за дверь.
Старик на мгновение замер, а потом как зальётся смехом, хлопнув по столу:
— Ха-ха-ха-ха! Ой, ну ты даёшь...
— Дядюшка-наставник Ван! — открестился Юй Нин.
— Всё-всё, молчу... Ха-ха! — Ван припал к чашке, пытаясь подавить хохот, да чуть не поперхнулся. Закашлявшись, он размахивал руками: — Привыкай, дело житейское! Кто из нас в молодости не попадал в просак? Твоего даоса Фана в юности вообще веником выгоняли! А однажды целая деревня за ним с дрючками гналась! Ха-ха! А другой мой приятель по фамилии Хуан? Его через весь уезд гоняли, да ещё и собак спустили! Обычная практика!
Юй Нин вздохнул. Слыша про чужие конфузы, он окончательно сбросил досаду. В конце концов, не он первый, не он последний.
Ван сделал ещё пару глотков:
— Хотя, судя по твоему виду, тот хам не успел тебя всерьёз уязвить.
— Скажем так, — туманно отозвался Юй Нин, — у того парня и без меня с удачей было совсем худо.
Иными словами, отомстить хотелось, но грех был добивать убогого. Ван ухмыльнулся:
— Главное, до греха не доводи. Душегубство — дерьмовое дело для мастера фэншуй.
— Ну что вы, с чего бы! — Юй Нин вернулся к теме. — Так почему вы сказали, будто покупка необработанных камней портит мою удачу?
— Есть такое поверье, — Ван отряхнул полы. — Говорят же: «Даже бессмертный не разглядит, что скрыто внутри нефрита». Верно?
— Но я-то вижу ауральные поля!
— Вот именно! — развёл руками Ван. — А ты думаешь, один такой зрячий? Будь на то воля Небес, каждый геомант смотался бы в Мьянму или Юньнань и грёб бы миллионы лопатой! Да только Судьба такого не терпит! Ты берёшь чашу, данную Небом для постижения тайн фэншуй, и черпаешь ею из помойки азартных игр. Небеса гневаются. Помысли сам, Сяо Ю: разве после покупки этой глыбы тебя не преследует полоса неудач? По совести скажи. Мы не предсказатели, но срыв собственной удачи мастер чует сразу. Рухнуть с небес в кабине — тут до могилы один шаг!
Юй Нин мысленно прикинул. Сойтись с Линь Фаном раз — допустим. Но сцепиться с ним повторно, публично выслушать оскорбления и ярлык «мошенник»... От злости закипала кровь! А когда соберёшься отплатить — видишь, что тот и так на грани краха, и любой толчок с его стороны убьёт дурака. Пришлось отступить. А дальше? Сварка в автобусе по дороге в Храм Духовной Горы, падение фуникулёра... Да уж, полоса шла откровенно паршивая.
Он и не задумывался про мистическую расплату за азарт. В глазах мелькнула досада:
— Спасибо за урок, дядюшка-наставник Ван. Впредь к необработанным камням не прикоснусь.
— Ну, полностью завязывать не обязательно, — ухмыльнулся Ван. — Просто игры эти — сомнительная забава. Видишь ауру — купишь сокровище и привлечёшь беду. Купишь пустышку — выбросишь деньги на ветер, откупаясь от рока. Зачем оно тебе?
Заметив, что юноша приуныл, старик сменил тон:
— Зато после великой беды жди великого счастья! Ты пережил смертельное испытание. Небеса сменили гнев на милость. Камень твой точно скрывает сокровище! Для прочих это шанс один на миллион, а для тебя — чистый верняк. Озолочишься до конца дней! Ладно, засиделись! — Ван поднялся. — Позову парней, пусть грузят эту дуру. Если есть личные вещи — припрячь от греха...
* * *
Они направились в старую мастерскую Города S, занимавшуюся ювелирным сырьём не одно десятилетие. Заехали прямо во внутренний двор. Навстречу выгружаемому монолиту вышел седой дед лет семидесяти. Обойдя каменную глыбу по кругу, он понимающе кивнул:
— Знатная вещь. Ван, мы люди свои. Каковы расклады на этот булыжник? — спросил старик.
— Не ко мне вопрос, Мастер Цянь! Камень принадлежит господину Юй, — Ван представил спутника. — Познакомьтесь: это Юй Нин. А это — Старец Цянь, признанный патриарх нашего дела! — Ван с уважением поднял большой палец.
— Рад знакомству, Старец Цянь. Я Юй Нин, — юноша вежливо пожал сухопарую ладонь.
Старик прищурился:
— Лицо незнакомое... Чьих будешь, парень?
— Да ничьих, — вмешался Ван. — Господин Юй у нас любитель, зашёл сорвать куш.
— Ого, экий размах для любителя! — Старец Цянь ещё раз смерил Юй Нина взглядом. — И каковы же твои планы на эту махину?
— Мастер Цянь интересуется, — пояснил Ван, — что делаем после распила? Оставишь себе или выставишь на продажу? Не против публики? У Старца Цяня есть выходы на крупнейших ювелиров. Если решишь продавать — он сразу клич кличет. Цена, может, чуть уступит аукционной, зато всё быстро, а комиссию покроют покупатели.
Юй Нин спокойно ответил:
— Планирую продать. Зрители мне не помешают, так что поступайте, как сочтёте нужным.
— Ладно, — кивнул старик и мановением руки приказал следовать за ним в ангар.
В центре помещения высился огромный станок для распила камня высотой под два метра. Огромный циркулярный диск хищно блестел металлом. Камень втащили на поворотную платформу.
— Сам разметку нанесешь или мне доверишь? — спросил Старец Цянь.
— Я сам, — Юй Нин взял красный маркер и, ориентируясь по контурам ауры, провёл линии.
Старец Цянь спорить не стал, молча закрепив глыбу в тисках станка.
— Сяо Ю, камень у тебя и впрямь загляденье! — шепнул Ван. — Видишь, Старец Цянь сам за рычаги встал? Он же к станку года три не подходил!
— Ещё бы, я за него едва жизнью не заплатил! Была бы внутри пустышка — с горя умер бы, — буркнул Юй Нин. — А откуда у мастера такая уверенность?
— Промысловое чутьё! — мотнул головой Ван. — Глянь на его подмастерье: сотового из рук не выпускает. Народу понаедет — яблоку негде будет упасть.
Старец Цянь ждать визитёров не стал. Включив подачу воды для охлаждения и осаждения пыли, он опустил вибрирующий диск на породу. Взвыл станок. Убедившись, что пропил идёт по линии, старик отошёл к креслу и прикрыл глаза.
Ван увлёк Юй Нина в изолированную стеклянную кабину, куда почти не проникал оглушительный визг циркулярки. Растирая заложенные уши, Юй Нин спросил:
— Сколько уйдёт времени?
— Первый спил — самый ответственный, — Ван сверился с часами. — Учитывая объём, часа два пилить будут. А там пока торг, пока сделка... Кажется, мы тут до вечера застряли.
Юй Нин со вздохом достал телефон и отправил Лань Сяо сообщение, что задержится и ночевать не приедет.
За два часа подтянулось около десятка солидных мужчин в безупречных костюмах. Засвидетельствовав уважение Старцу Цяню, они проходили в комнату отдыха. Покупатели явно знали друг друга, завязались светские беседы. Узнав, что скромный юноша в углу — хозяин породы, каждый посчитал долгом обменяться вежливым кивком.
Полная комната тёртых дельцов.
Юй Нин не испытывал ни малейшего желания играть в светские расклады. Уткнувшись в смартфон, он запустил мобильную игру. Спустя три партии пришёл подмастерье: первый спил готов, Старец Цянь зовёт хозяина.
Все взгляды устремились на Юй Нина. Вместе с Ваном он вышел к станку. Старец Цянь стоял на мостике, держа в одной руке ветошь, а в другой — мощный фонарь.
— Корка толстая, но цвет уходит вглубь! — он посветил на срезанный пласт.
Луч прожектора высветил влажный срез. На камне сочно засияла изумрудная зелень. Не отводя глаз от среза, старик буркнул:
— Тут, тут и вот здесь — три глубокие трещины. Дело дрянь, но жила идёт вглубь раскола. Господин Юй, пилим дальше?
У дельцов в костюмах загорелись глаза:
— Господин Юй, не надо резать! При таком раскладе вы уже в плюсе! Продавайте как есть!
— Не слушайте его, он же просто хочет сбить цену! Режьте полностью, играйте до чистого нефрита!
Юй Нин повернулся к мастера́м:
— А вы что скажете, Старец Цянь?
Старик закурил сигарету:
— Пилить до конца. Никого не слушай. Даже если там всего один пласт — ты уже с лихвой отбил затраты.
— Режьте, — коротко отрезал Юй Нин.
Спустя четыре часа монолит развалился на части. Юй Нин смотрел на гигантский нефритовый пласт — наполовину алый, как свежая кровь, наполовину изумрудно-зелёный — и погрузился в глубокое раздумье.
«Завален баблом, не знаю, что делать.jpg»