— Молодой господин Ю, — раздался тихий, слегка скрипучий голос.
Из соседнего шатра вышел внутренний евнух Жун. Одежда его была в беспорядке: очевидно, он выскочил на шум, едва успев набросить халат. Появление Юй Нина у шатра помощника министра Чжоу его ничуть не удивило. Евнух вежливо наклонил голову:
— Что привело вас сюда в столь поздний час, молодой господин?
— В поместье тоска смертная, вот и решил прогуляться, — непринуждённо ответил Юй Нин.
Его нисколько не смутило, что его застали ночью в чужом лагере. Куда идти и что делать — его личное право. Во всём поднебесном мире указывать ему смели разве что мастер Мэй да Великий астролог Гу, а до прочих ему и дела не было.
— Что здесь стряслось, евнух Жун?
— Сам толком не пойму, — вздохнул тот. — Услышал крики, вот и выбежал взглянуть.
В лагере царила сумятица. Поодаль распахнулся полог соседнего шатра, и оттуда выскочил чиновник в тёмно-синем сапфировом плаще.
— Что за паника?! — огласил он окрестности властным рыком. — Всем вернуться на посты! За самовольное оставление службы, бегство или сеяние смуты — смертная казнь палками на месте! Господин Чжоу — опора государства, его судьба недопустима для халатности! Эй, люди! Собрать поисковые отряды, прочесать весь берег! Найти господина Чжоу! Живым или мёртвым!
Громовой глас мгновенно остудил горячие головы. Угроза лютой казни заставила умолкнуть даже самых поддавшихся страху. Патрульные подхватили приказ, со звоном обнажая клинки, и над лагерем повисла звенящая тишина.
Чиновник сделал пару шагов вперёд, и Юй Нин в свете факелов узнал в нём помощника министра Лю — отца третьего молодого господина.
— Господа, не поддавайтесь смятенью! — зычно продолжал Лю Оу. — Разливы Хуанхэ случились не сегодня и не вчера. В этот час мы приняли высочайшее повеление встать на защиту народа, вступив в схватку с самой стихией! Идя против воли Небес ради спасения подданных, мы заранее отдаём свои жизни! Государь явил великую милость: каждому, кто падёт в борьбе с наводнением — будь то чиновник или воин — жалуется благоволение на три поколения вперёд! Простые поселяне будут вписаны в летописи как праведники, а их семьи получат щедрое содержание! А если кто из слуг прольёт кровь — навеки избавится от рабского ярма и обретёт свободу!
Ночной ветер порывисто взвился над рекой, принеся сырой запах тины и взметнув в тёмное небо сноп алых искр от костров, точно рой мелких звёзд.
— За Великую Цин! За спасение народа! — прогремел Лю Оу. — Первый левый отряд — на дамбу, продолжить укрепление! Второй левый — навести порядок в лагере и подсчитать убытки! Третий левый — на поиски господина Чжоу! Первый правый — вниз по течению, оповестить жителей, пусть продолжают уходить на юг! Второй правый — развернуть кухни, давать рис и муку досыта!
Благодаря чётким указаниям хаос быстро сменился строгим порядком.
Из другого шатра вышел ещё один чиновник — заместитель министра военных дел У Чжиюань, исполнявший обязанности второго помощника по борьбе с наводнением. Подойдя к группе, он чинно сложил руки в приветствии:
— Евнух Жун. Господин Лю.
Затем взгляд господина У упал на Юй Нина, и брови его удивлённо взмыли вверх:
— Какая неожиданность... Господин Юй? Вы прибыли как нельзя кстати.
— Вы тоже проснулись от шума, господин У? — мрачно отозвался помощник министра Лю и огляделся. — Здесь не место для разговоров. Прошу в шатёр.
Войдя внутрь, они расселись согласно чинам и влиянию: во главе стола обосновались Лю Оу и У Чжиюань, по левую руку расположился евнух Жун, а по правую — Юй Нин.
Заместитель министра У, занимавший место напротив Лю Оу, подался вперёд:
— Значит, господин Чжоу бесследно исчез?
— Увы, так, — тяжело вздохнул Лю Оу. — Молю Небеса, чтобы хранили они наше государство, а господин Чжоу остался жив и невредим.
— Истинно так, — задумчиво пробормотал У Чжиюань, но в глазах его мелькнул холодный расчёт. — Однако если случится худшее, двору придётся немедленно назначить нового верховного уполномоченного...
Он перевёл пристальный взгляд на Юй Нина:
— К слову, господин Юй, вы ведь должны быть в поместье Личжуан? Что привело вас сюда среди ночи?
Юй Нин повторил заранее заготовленную отговорку:
— Заскучал от безделья, решил прошвырнуться.
— А в поместье всё спокойно? — поинтересовался Лю Оу. Дорога на Личжуан была размыта, вестей оттуда не поступало уже пару дней, и он невольно переживал. — Как там мой непутёвый третий сынок?
— Да переутомился, видать, схватил сыпь. Но держится бодро, ничего страшного, — спокойно ответил Юй Нин. — Я перевёл его в свой двор. Со мной из префектуры Чанъань прибыл отменный врачеватель, под его присмотром барчук быстро встанет на ноги.
При слове «сыпь» у помощника министра Лю перехватило дыхание, но услышав, что сын жив, бодр и находится под защитой Юй Нина, он с облегчением выдохнул.
— Жив... И слава Небесам, — Лю Оу поднялся, глубоко поклонился Юй Нину и сложил руки: — Господин Юй, век не забуду вашей заботы о моём балбесе.
— Вы переоцениваете мою заслугу, господин Лю, — Юй Нин слегка повёл рукой, принимая поклон без малейшего смущения: он честно заслужил эту благодарность.
Внутренний евнух Жун вставил своим тонким, въедливым голосом:
— Сыпь, говорите? Молодой господин Ю, а причина этого недуга ведома?
Юй Нин открыто улыбнулся:
— Досадная случайность, ничего намеренного.
Лю Оу с облегчением кивнул:
— Вот и ладно... — Он вздохнул. — Лишь бы господин Чжоу скорее отыскался. Есть ли вести от поисковых отрядов?
Вдруг У Чжиюань всплеснул руками, а глаза его азартно блеснули:
— А ведь появление господина Юй — настоящий перст судьбы! Помощник министра Чжоу пропал, но с нами ученик Великого астролога! Если господин Юй от имени своего учителя взойдёт на дамбу и сотворит священное жертвоприношение Небесам, это не только успокоит смятенный люд, но и склонит высшие силы смилостивиться и остановить стихию! Господин Лю, евнух Жун, что скажете?
Лю Оу нахмурился и с удивлением воззрился на коллегу:
— С чего вдруг такие мысли, господин У?
— В этом есть зерно истины, — пролепетал евнух Жун, — однако решать самому господину Юй. Отчего же вы, господин У, спрашиваете нас, а не самого чиновника?
— Господин Юй — прямой преемник Великого астролога! — У Чжиюань чуть задрал подбородок, уверенный, что юноша не посмеет отказаться. — Сердце его исполнено милосердия и сострадания к народу. Какая причина может заставить его отвергнуть столь благородное дело?
Прежде чем Юй Нин успел разомкнуть губы, Лю Оу резким жестом перебил собеседника:
— Первостепенная задача — найти господина Чжоу! Обряды и пышные жертвоприношения сейчас — лишь пустая трата сил и казны. Нужно чинить дамбу, а не устраивать молебны!
Он постучал пальцами по столу и добавил:
— К тому же, драгоценная жизнь господина Юй слишком высока, чтобы рисковать ею на подмытой рекой плотине! Нелепость, полнейшая нелепость. Я понимаю ваше стремление решить всё разом, господин У, но риск чрезмерен. Вот достроим дамбу, отпразднуем победу над стихией — тогда и попросим господина Юй сотворить обряд от имени Великого астролога. Разве не разумно?
— Истинно так, — поддержал евнух Жун. — Сейчас главное — ремонт укреплений.
У Чжиюань погладил аккуратную бородку и возразил, покачав головой:
— Господин Юй, подобно своему наставнику, надёлён способностью повелевать ветром и дождём, двигать горы и усмирять реки. Помолись он Небесам — и стихия утихнет! В прошлом году, когда Великий астролог лично прибыл в префектуру Тяньюй, мне посчастливилось сопровождать его. Тогда беда была пуще нынешней: проливные дожди размыли берега в нескольких местах. Но стоило Великому астрологу взойти на дамбу и совершить обряд, как ливень тут же прекратился, а бурный поток иссяк, даровав нам время на ремонт! Коль скоро господин Юй прибыл вместо учителя, ученик наверняка превзошёл мастера!
— Вы передергиваете, господин У! — закипел Лю Оу. — Если во всём полагаться на Великого астролога, зачем вообще нужны мы? Даром хлеб есть?!
Юй Нин тихо усмехнулся и лёгким взмахом руки остановил готовый вспыхнуть спор:
— А ведь господин У совершенно прав. Мы с учителем действительно способны одной левой сворачивать горы и повелевать стихиями.
Он обвёл присутствующих спокойным взглядом:
— Перед отъездом наставник как раз обучил меня особому способу усмирения вод. Желаете послушать, господин У?
— О? — У Чжиюань сделал приглашающий жест. — Внимаю с большим интересом.
Юй Нин медленно поднёс пиалу к губам, сделал глоток и проговорил:
— Способ прост: нужно избрать мужчину редкого ума, просвещённого учёного, чья судьба состоит в гармонии с землями префектуры Тяньюй. Отдай он себя в услужение Небесам — и стихия утихнет сама собой.
— Вот как? И кому же выпала подобная честь? — с жадным любопытством подался вперёд У Чжиюань.
— Не спешите, — Юй Нин лукаво сощурился, фиксируя взгляд на заместителе министра военных дел. — Признаться, раньше я встречался с Великим астрологом и кое-чему обучился у него по части чтения лиц... Так вот, господин У, кандидатуры лучше вашей не найти во всей империи.
Он загнул палец:
— Выходец из древнего знатного рода, образованный муж, опора престола, статный, с лицом, исполненным благородства... Уверен, высшие силы останутся в полном восторге.
Заметив, как побледнел чиновник, Юй Нин дружелюбно улыбнулся:
— Да вы не пугайтесь, господин У, это почти не больно. От вас требуется лишь кивнуть. Утром устоим помост, вы облачитесь в ритуальные одежды, взойдёте на дамбу, вскроете себе главные артерии и выплеснете всю свою кипучую кровь в бушующие воды Хуанхэ. А следом шагнёте в пучину сами, отдавая тело стихии. Обряд сработает безотказно!
Он сделал паузу и добавил с преувеличенным почтением:
— Я человек молодой, глубокими познаниями не блещу, пожизненного покоя Хуанхэ обещать не могу, но год-другой затишья гарантирую! Вы ведь верный слуга государя, готовый без колебаний сложить голову за процветание Великой Цин. Уверен, вы не станете отказываться от такой высокой доли. Позвольте же заранее выразить вам глубочайшую признательность от лица всей империи за вашу жертвенность!
«Заливать сарказмом и ядом? Да я на этом собаку съел!» — усмехнулся про себя Юй Нин. Будучи бывалым диванным троллем, он в искусстве пассивной агрессии заткнет за пояс любого вельможу.
Этот проныра У решил расставить ему очевидную ловушку и силком загнать в угол? Думал, если поддеть пару раз красивыми словами, юнец с дуру бросится на амбразуру?
«Прекратил ливень одним молебном?» — Юй Нин мысленно закатил глаза. Не то чтобы он сомневался в величии наставника Гу, но если учения Великого астролога так всемогущи, откуда вообще взялся этот чертов прорыв дамбы перед Новым годом? Вся проблема в том, что сам Юй Нин случайно перетянул удачу государства на сторону гуна Чжэньго! Ныне судьба династии Цин трещит по швам, а у руля стоит никчёмный пёс-император. Будь Великий астролог Гу хоть трижды папой римским и непобедимым лидером, как он вытащит катку, если в команде четыре нуба?!
Учитель ни в чём не виноват! Вся вина на бездарных союзниках!
Впрочем, к счастью, учитель, похоже, уже свалил к противникам и подрабатывает там двурушником.
Если честно, Юй Нин даже не мог с ходу понять: этот заместитель министра У — засланный казачок или просто круглый дурак?
Ведь по его плану Юй Нин должен взойти на полуразрушенную дамбу. Выживет ли он там — большой вопрос. Но даже если спасётся, после молебна на него навесят всю ответственность за разлив Хуанхэ: если река не утихнет — значит, ученик Великого астролога бездарен. А если с ним на дамбе что-то случится — объявят, что Небеса прогневались на его дерзость.
Словом, предложение господина У было опасной палкой о двух концах. Каким бы ни был исход — смута среди напуганных крестьян, бунт в войсках или провал молебна — всю вину повесят на него.
— Ты!.. — У Чжиюань от возмущения едва не захлебнулся, глаза его налились кровью. — Вздор! Ересь! Где это видано — приносить в жертву высших чиновников империи?! Ах ты, сопляк!..
Юй Нин лишь изящно изогнул бровь и с невинным видом уточнил:
— Что такое, господин У? Неужто у вас душа не лежит к тому, чтобы сложить голову за Отечество?