В юности многим из нас кажется, будто мы предназначены для чего-то великого.
«Я стану гениальным врачом и буду спасать сотни жизней!»
«Куда поступить — в Цинхуа или Пекинский? Или сразу махнуть за границу? А чем заняться после учёбы... Я ещё не решил, но моя жизнь точно будет яркой и нескучной!»
«Я стану полицейским и буду защищать справедливость».
«Я стану учёным, и моя страна будет гордиться мной».
«Я стану актёром — самым молодым обладателем "Оскара" в истории!»
«Я стану великим героем: повелевать ветром и дождём, жить на полную катушку и мстить врагам!»
«Я стану адвокатом...»
«Я стану политиком...»
«Я стану архитектором...»
«Я хочу...»
«Я хочу...»
И что же теперь?
* * *
Полуденное солнце палило так, словно вознамерилось согреть сам ад. Цикады оглушительно стрекотали без устали, а от небесной синевы под слепящими лучами не осталось и следа. Юй Нин с ключами в кулаке нетерпеливо сидел на корточках у ворот жилого комплекса «Яндзэ», ожидая мастера по ремонту кондиционеров, который умудрился заблудиться.
Вообще-то он планировал вызвать мастера после работы — это обошлось бы без выговора и штрафа. Чтобы выбить полдня отгула, ему пришлось выслушать много интересного: менеджер проекта в рабочем чате изошёл на говно, обвиняя его в эгоизме, отсутствии командного духа и саботаже. Однако кондиционерщик прикинул расценки: вызов — пятьдесят юаней, заправка фреоном — не меньше двухсот, а если приехать после десяти вечера — меньше чем за триста он даже из дома не выйдет.
Триста юаней... Да у него премия за посещаемость за весь месяц составляет всего две сотни!
Юй Нин прикинул и так и этак: отгул обойдётся в те же триста юаней штрафа, зато не придётся пахать полдня, а вечером можно будет расслабиться в прохладе. Выходила прям-таки идеальная сделка.
Стрекот цикад доводил до белого каления. У Юй Нина от жары чесалась кожа на голове, пот градом валил из всех пор, собирался в крупные капли и под действием гравитации медленно стекал по телу, оставляя влажные дорожки. Он раздражённо утёр лоб и провел рукой по волосам — короткие пряди давно слиплись от пота в неряшливые сосульки. Назойливая, липкая дрянь.
Лето он ненавидел всем сердцем. Без исключений.
Кстати, о мастерах: нужно иметь особый талант, чтобы заблудиться у ворот крупного жилого комплекса... Юй Нин вглядывался в конец улицы. Телефон в его ладони раскалился настолько, что, казалось, вот-вот взорвётся. Опасаясь за сохранность кошелька и собственной жизни, он решил отложить гаджет в сторону — пусть остынет.
От зноя воздух над асфальтом дрожал и плавился. Наконец, когда терпение Юй Нина окончательно лопнуло, из-за поворота с ревом вылетел скутер с ярко-красным тентом от солнца и со свистом затормозил прямо перед ним. Всадник был облачён в стандартный экипировочный комплект пенсионера: белую майку-алкоголичку за десять юаней с Таобао и цветастые шорты. Зафиксировав скутер ногой в шлёпанце, он растерянно огляделся по сторонам и уставился на Юй Нина.
Только тут Юй Нин заметил, что «пенсионер» на самом деле совсем молодой — ровесник ему, не больше.
— Простите, северные ворота комплекса «Яндзэ» здесь... — Начал было водитель, но осекся и удивленно переспросил: — Ю... Юй Нин? Это ты, что ли?
— Я. А вы мастер Чжоу? — в голосе Юй Нина проскользнула раздражённая нотка. Его трудно было винить: попробуй посиди целый час на тридцатидевятиградусной жаре без вентилятора, кондиционера и холодного напитка — ангельским терпением никто не отличится.
— Ага, Чжоу Хуан, — мастер по кондиционерам склонил голову набок и пригляделся. — Я Чжоу Хуан! Юй Нин, ты что, серьезно меня не узнал?
— Кого мне тут узна... Чжоу Хуан?! — Юй Нин оборвал себя на полуслове и прищурился. — Чжоу Хуан?!
— Какого черта ты чинишь кондиционеры?! — Он внимательно всматривался в знакомые черты, пытался сопоставить их с образом из прошлого. — Третий класс Первой школы, Чжоу Хуан?
Память Юй Нина была ни при чём — просто Чжоу Хуан изменился до неузнаваемости. Во времена учебы в Первой старшей школе Чжоу Хуан был местной легендой: бонвиван, крашеная душа компании и богатый папенькин сынок. Пока остальные корпели над учебниками, этот тип уже познал все радости красивой жизни. Раньше они общались не то чтобы близко, но и чужими не были — иногда гоняли в баскетбол или зависали в онлайн-играх. После выпуска рассыпались по разным институтам и специальностям. Круги общения разошлись, и связь постепенно сошла на нет.
Люди — существа, прекрасно чувствующие социальные границы. В школе это почти незаметно, но стоит вступить во взрослую жизнь, как пропасть между классами становится очевидной. Никому не хочется дружить с тем, чья жизнь кардинально отличается от твоей.
Кому приятно слушать хвастовство приятеля о покупке очередных брендовых часов и дорогих кроссовок, когда сам заказываешь дешёвую лапшу из доставки и пытаешься убедить себя, что реплика с Таобао тоже ничего? Или скрести по сусекам, чтобы поехать в отпуск с обеспеченным корешем, пока тот недовольно морщится, вынужденный ютиться с тобой в клоповнике вместо пятизвездочного отеля с джакузи и спа?
Впрочем... когда-то Юй Нин и сам втайне завидовал его лимитированным «эйрджорданам» и подаренным ни за что ни про что игровым скинам.
После выпуска, встречая на дорогах полицейские плакаты, он изредка вспоминал о бывшем однокласснике.
«Если не хочешь видеть, как твой одноклассник едет на "БМВ", пока ты педалируешь на скутере — надевай шлем!»
Кто бы мог подумать, что судьба сведет их при таких пикантных обстоятельствах.
— Потолкуем внутри, погода — просто ад, — Чжоу Хуан подвинулся на сиденье, предлагая Юй Нину сесть сзади. — Дорогу показывай, я в этом районе ни черта не ориентируюсь.
Спустя десять минут они наконец оказались в сравнительно прохладном помещении. Юй Нин первым делом врубил потолочный вентилятор на максимум. Чжоу Хуан стесняться не стал:
— Вода есть? Налей стаканчик.
— Холодная кола пойдёт?
— Отлично!
Опорожнив по банке ледяного напитка прямо под лопастями вентилятора, они залегли на диван. Юй Нин колебался: стоит ли спрашивать, как бывший мажор докатился до ремонта бытовой техники? В конце концов, ему и самому не хотелось отвечать на вопросы, почему он ютится в разваливающейся конуре на окраине города, пашет по двенадцать часов в сутки и получает жалкие гроши, которых едва хватает на еду.
В каждом школьном классе есть свой богач, свой толстяк, свой ботаник, свой хулиган, свой придурок, свой невидимка, свой козёл отпущения, любимчик учителей, мастер на все руки, стукач и какой-нибудь чудак с приветом.
В третьем классе Первой школы города S богачом был Чжоу Хуан, а «мастером на все руки» — Юй Нин.
«Мастер» — это тот, про кого все говорят: «Этот парень далеко пойдёт». В те годы для Юй Нина не существовало неразрешимых задач: он входил в топ-10 лучших учеников по параллели, тащил катки в играх, отлично играл в баскетбол, чинил компьютеры и мог поддержать разговор на любую тему — от западной мифологии до восточных бессмертных. Рекомендации по выбору гаджетов отскакивали у него от зубов. В классе его искренне уважали и по любому поводу бежали за советом, ласково величая «нашим боссом».
Тогда всем казалось, что Юй Нин станет успешным человеком. Да и сам он не сомневался в своём светлом будущем.
А десять лет спустя он превратился в паршивого геймдизайнера — причём самого бесправного в отделе. За три года работы в индустрии — ни одного успешного проекта, а главная обязанность в компании — служить громоотводом для чужих косяков. Вся его жизнь замкнулась в унылом цикле: работа, сверхурочные, дом, душ, сон. И никаких сторонних квестов.
Знакомая девчонка из HR-отдела иногда болтала с ним ни о чём и ненавязчиво намекала: пора бы выдать хоть один успешный продукт. Сейчас она даже не рассматривает резюме рядовых проектировщиков старше тридцати — подавай либо ведущих специалистов с кейсами, либо кандидат летит в корзину на этапе фильтрации по возрасту.
Вот уж действительно — ирония судьбы.
Помолчав ещё немного и допив колу, Чжоу Хуан поднял свой чемоданчик с инструментами:
— Ну, показывай, какой аппарат реанимировать?
— В спальне, — Юй Нин указал рукой.
Чжоу Хуан босиком прошел в комнату, пододвинул стул и ловко сдернул пылевой фильтр. Откручивая винты, он прикинул:
— Слушай, старик, да у тебя тут древность какая-то. Таких деталей уже и в производстве-то нет... Даже если я заправлю его фреоном, максимум год проскрипит. На следующий год опять придётся мастера вызывать.
— Может, новый купишь? На JD сейчас скидки хорошие, у «Олисс» кондиционеры отличные, не прогадаешь.
Этот кондиционер висел здесь, сколько Юй Нин себя помнил — лет двадцать точно. Ему действительно пора было на заслуженный покой. Юй Нин мысленно пересчитал долги по кредиткам и сервис рассрочки «Хуабэй», после чего с досадой потер виски:
— Давай просто заправим. С деньгами сейчас туго.
Сама виновата его паршивая самодисциплина. Пользуясь тем, что не надо платить за аренду квартиры, а на шее не висят старики и дети, он спускал все подчистую. Залез в долги, стал рабом кредиток: получив зарплату, отдавал долги — и на руках оставалось лишь пару сотен на карманные расходы. Работу он менял как перчатки: не удерживался на одном месте дольше полугода. За пять лет трудового стажа ни разу не получил полный годовой бонус, а три года из пяти встречал Новый год в статусе безработного.
— Хозяин — барин, — Чжоу Хуан слез со стула, подхватил грязный сетчатый фильтр и немо спросил, где его можно помыть.
Юй Нин мотнул головой в сторону ванной:
— Ополосни прямо в ванне, я потом всё равно её вымою.
— Идет.
Минут через пятнадцать ремонт был окончен. Кондиционер ожил с тихим писком, и комнату накрыла волна благословенного холода. Оба облегченно вздохнули. Чжоу Хуан достал телефон:
— Давай соскамимся в Вейчате. Если что опять сломается — зови, сделаю скидку, возьму только за фреон.
— Заметано, не откажусь, — Юй Нин вытащил смартфон, отсканировал QR-код и перевел деньги.
Они переглянулись. Губы обоих дёрнулись, словно каждый хотел сказать что-то ещё, но в итоге оба промолчали.
Понежившись в прохладе минут десять и убедившись, что агрегат работает исправно, Чжоу Хуан собрал инструменты и попрощался. Юй Нин проводил его до дверей. Чжоу Хуан вежливо попросил не провожать, и на этом они расстались.
Оба предпочли сохранить прохладную взрослую дистанцию — тактично, без лишних расспросов. И надо признать, от этого обоим стало значительно легче.
Телефон в руке Юй Нина пиликнул. На экране высветилось сообщение от Чжоу Хуана — стикер `[Собака-подозревака.jpg]`.
Юй Нин отправил такой же стикер в ответ. Обменявшись дежурными любезностями, они погрузились в молчание.
Юй Нин только успел открыть приложение Bilibili, как экран перекрыла плашка входящего вызова. Номер был незнакомый, но код указывал на оператора города S. «Наверняка очередной спам — риелторы, кредиты или ипотека...»
— Алло, здравствуйте. Не интересует покупка недвижимости, кредиты, карты и аренда, — отчеканил Юй Нин.
На том конце провода возникла пауза, а затем раздался сухой голос:
— Это Ван Лун.
Улыбка мгновенно сошла с лица Юй Нина. Ван Лун — лид их группы геймдизайна.
— Брат Лун, что-то случилось?
— Где интерфейс, который я велел переделать вчера?
— Я всё отправил, обновил папку на внутреннем сервере.
— А художникам ты его передал?! Ты в курсе, что Арт-отдел всё утро сидит и ждёт твоих макетов?!
— Виноват, Брат Лун. У меня утром возникли незапланированные дела, я взял отгул...
— Взял отгул — значит можно не работать?! Можно разбазаривать ресурсы компании?! Я же сто раз повторял: даже если берешь отгул, ты обязан закрыть свои задачи! Ты вообще соображаешь, что мы послезавтра отдаем билды клиенту?!
— Прости, я прямо сейчас отпишусь ребятам из Арт-отдела.
— Не надо. Приедешь после обеда — на месте разберемся.
— Понял, скоро буду.
В динамике раздались короткие гудки. Юй Нин тяжело, изнеможденно вздохнул. На его обычно приятном, моложавом лице проступила глубокая печать выгорания — то самое выражение, которое делает человека тусклым, потрёпанным и неудачливым. Он с тоской посмотрел на кондиционер. Спасся от жары, называется... Не успел и часом насладиться прохладой, как нужно возвращаться в эту человекомолку.
Да, именно в человекомолку.
Ему казалось, что каждый рабочий день безжалостно пожирает его время, пожирает его душу. Наступит день, и он станет точно таким же, как вся остальная серая масса — а может, еще ничтожнее. Система перемалывала его индивидуальность, заставляя укладываться в стандартные лекала и шаблоны. Раньше он пытался идти на компромиссы, вытравливал из себя всё уникальное в надежде стать "правильным сотрудником"... Но в итоге остался ни с чем.
Экран снова мигнул — пришло уведомление в Вейчат.
[Ван Лун: У компании сейчас проблемы с ликвидностью. Кадры хотят сократить пару человек с ненадлежащим отношением к работе. Держи хвост пистолетом]
А секундой позже:
[Сестра Чжан: Юй Нин, ты ведь сегодня брал отгул на утро? Как приедешь в офис, зайди первым делом в отдел кадров. В последнее время твои показатели упали, руководству нужно с тобой переговорить]
«О, меня увольняют», — отстранённо подумал Юй Нин.
«И на кой черт мне туда тащиться?»
Недолго думая, он набрал ответное сообщение.
«У меня возникли серьёзные семейные обстоятельства, в связи с чем я не могу продолжать работу в компании. Ситуация критическая, приехать в офис для оформления документов я не смогу. Пожалуйста, Сестра Чжан, оформите мой уход как можно скорее. Вещи с рабочего стола можете отправить курьером, а если это неудобно — просто выбросьте. Спасибо за всё, мне было очень приятно работать с вами. Надеюсь, в будущем нас ещё сведёт судьба»
Ответ прилетел незамедлительно.
«Хорошо. Хотя я и не знаю, что у тебя произошло, компания всегда идет навстречу сотрудникам. Не переживай насчет документов, я все оформлю. Твои личные вещи отправлю курьером вместе с трудовой книжкой и справками, а расчет поступит на карту в день общей выплаты зарплаты. Удачи тебе!»
Юй Нин отложил телефон и облегчённо перевёл дух. Ему показалось, что кадровичка на том конце провода вздохнула с не меньшим облегчением. Ещё бы: увольнение сотрудника — процедура неприятная и скандальная, а тут человек сам принес себя в жертву на алтарь корпоративной оптимизации.
«Надо же, я так вежливо отшил HR, хотя в душе крыл их последними словами... Может, мне самому податься в кадровики?»
Надо менять сферу деятельности. В геймдеве ему делать больше нечего. Стоит присмотреться к вакансиям в отделе кадров.
На дворе середина июля. «Золотой июль, серебряный август» — разгар сезона найма. Если не найти работу сейчас, потом будет поздно. Так что расслабляться нельзя — поиски нужно начинать прямо сегодня. А с учётом того, что смена профессии гарантирует три года нищеты, в ближайшее время о свободных деньгах можно забыть.
Паршивая судьба. Хотя... впереди есть хотя бы неделя-другая передышки.
«Искать работу тошно до тошноты, но не искать её я не могу. Я обычный неудачник, у меня нет права сложить лапки. Разве что пойти и переродиться, создав новый аккаунт».
«Да только кишка тонка».
А значит, придется снова искать следующую человекомолку. Шагнуть за порог — добровольно, даже с мольбой — и позволить ей сожрать себя без остатка.
Он подумал об этом с холодным, отстранённым равнодушием.